yellowcross

Объявление

Гостевая Сюжет
Занятые роли FAQ
Шаблон анкеты Акции
Сборникамс

Рейтинг форумов Forum-top.ru
Блог. Выпуск #110 (new)

» новость #1. О том, что упрощенный прием открыт для всех-всех-всех вплоть до 21 мая.






Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » yellowcross » NEVERLAND ~ архив отыгрышей » The Final Masquerade


The Final Masquerade

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

The Final Masquerade
Iris Allen, Bruce Wayne

--
Hans Zimmer – The End

http://sh.uploads.ru/EvJZC.png

Чтобы явиться пред светлы очи миллиардера и заявить, что он по ночам в маске и плаще "играет" в супергероя, нужны веские доказательства... а когда их нет, можно надеяться лишь на то, что он на чем-то проколется, ведь четкая уверенность в правоте у некоторых явно имеется, а кроме нее еще невероятное упрямство, что сродни тому же качеству у вышеупомянутого миллиардера.
"- Уэйн, я знаю, что ты тот парень в маске! Бэтмен, вот!!!"

0

2

- Ты справишься! У тебя все получится! – Повторяю как заведенная, ожидая когда мне откроют дверь, в ответ на длинную трель... колокольчика. «Черт! Да кто сейчас пользуется колокольчиком? Только психи... или всемирно известные миллиардеры, которым дом перешел от родителей и является фамильным поместьем, и меня в таком жилье что-либо – аморально. Хотя о моральном облике его хозяина вообще ходят легенды, но это уже вообще другой вопрос, который еще предстоит если не обсудить с ним, то уж точно опровергнуть... потому что я в себе и в своих выводах уверена на сто процентов... Ну может быть не на сто, а на девяносто восемь, но все равно, это намного больше, чем пятьдесят, а значит и мои шансы также велики.» - Осталось только дождаться пока отворят дверь и убедить не вызывать полицию и не выставлять вот прямо с порога.«Ага, это в полвосьмого утра и с незаконным проникновением на территорию-то... Смешно прям.» - Вот Барри, а пошла бы в психологи, по основному профилю, не творила бы таких вещей, да еще в Готэм-Сити. – Но Аллена рядом не было и слова повисли в воздухе тяжелым грузом, с примесью тоски по дому и по своему супер-умному лучшему другу. И немудрено, ведь последний раз мы созванивались около недели назад, «У Барри появилась девушка. Просто смирись и перестань ее ненавидеть.» и виной тому наша общая занятость по учебе, а у меня еще и это расследование, в которое я ввязалась просто потому, что имею невероятно длинный и любопытный нос, а еще увлекательную тему для курсовой. «Но это нифига не аргумент, когда тебя пытаются прихлопнуть, как назойливую муху, в какой-то темной подворотне!» Надо будет спросить, почему в Готэме каждый переулок – мрачный и опасный, а еще как Он ориентируется во всем этом лабиринте. Вот уж это было особенно любопытно, потому что парень в черном костюме, отчаянно смахивающем на летучую мышь, ни разу не заплутал в городских переулках и тупиках, с завидной частотой портя «доблестным» полицейским статистику раскрываемости, перетягивая одеяло на себя. Вот только почему-то его начинали бояться не только те, кому нужно бы, но и простые люди, «Господи, Готэм-Сити и правда очень странный город и жители его уж слишком... потерянные.» хотя все, что он делал – это помогал им.

Самая ненавидимая часть пути домой – длинный проулок, фонарей, в котором всего два, в начале и в конце. – Гадство, ненавижу это место...«А другой дороги все равно нет, так что придется смириться и пробегать его, на повышенных скоростях. Ведь когда я сюда переезжала, никто не потрудился сообщить, что тут все НАСТОЛЬКО плохо. То есть, все газеты, конечно, пестрили заголовками о том, что в Готэме снова совершено убийство, ограбление банка, нападение и так далее, но ведь никто не писал, что их за три часа было восемь, например!» Но даже общий творящийся в городе ад можно было бы пережить вполне спокойно, если бы не несколько очень любопытных нюансов. Например, то, что по дороге в квартиру, встречается вот такой вот «невероятно миленький» переулок и то, что для курсовой в этом семестре мне досталась тема, напрямую связанная с подпольной мафиозной войной, что уже многие годы идет в городе, с попеременным успехом и различной степенью активности. И вот после этого-то и началось самое веселье. – Интересно, чего добивался преподаватель, давая мне именно эту тему? Что я не буду ей заниматься, потому что испугаюсь последствий или наоборот, что стану, не догадываясь об их серьезности? – «Какая разница, получился все равно второй вариант и теперь ходить по темным улицам стало действительно страшно. Очень страшно... особенно, когда с обоих концов улицы внезапно появляются группы людей, и медленно движется в мою сторону... а еще, у них в руках...» - Вот черт... – И нужно бы закричать, наверное, но толку от этого не будет никакого, это уже проверено, как ни странно и не один раз. Только тогда противник был один и вооружен лишь ножом, а папочкины уроки самообороны не прошли даром совершенно, поэтому и не было особой проблемы. Вот только тогда, это не сейчас. «На этот раз их шестеро, четверо позади меня и двое впереди.»

И вот наконец-то раздается знакомый звук, открывается дверь. «Я уже слышала этот шорох, когда была в этом доме прошлый раз... Жаль сейчас у меня нет приглашения... это существенно облегчило бы задачу.» Да уж, это точно, ведь иногда даже одна из самых скандальных личностей города, устраивает приемы у себя дома, вот только крайне редко и тогда мне просто очень повезло, что соседка по комнате свалилась с гриппом и отдала свой пригласительный мне. «Интересно, на что она надеялась? Оказаться в постели Брюса Уэйна, чтобы потом он как по волшебству влюбился в нее? Это ведь даже не смешно... хотя нет, очень и очень смешно!» Уже хотя бы потому, что Мистер «Мне на все плевать, я буду гулять и развлекаться», совсем не такой, каким хочет казаться. – Плейбой, бабник и пофигист... ага, как же... а я тогда Царица Савская, кем я, естественно, не являюсь! – Но моя соседка типичная «блондинка» по состоянию души, даром что ей повезло родиться с волосами цвета воронова крыла. «Но Боже, как можно быть такой наивной идиоткой и не видеть очевидного???» Хотя, ведь это не только она, очень многие люди видят только то, что хотят либо они сами, либо те, на кого устремлен взгляд, а ведь порой этот так глупо. Как и в случае с небезызвестным мистером Уэйном. «Интересно, действительно ли в его постели побывали все те модели, которые хвастаются об этом со страниц глянцевых изданий или же это только ширма, как и все остальное?» Кажется, так и будет всю жизнь – от раздумий отвлекает вежливое покашливание, отлично запомнившегося мне дворецкого, а с моих слов, - Доброе утро, мистер Пенниуорт! Мне срочно нужно видеть вашего... хозяина, мастера Уэйна.«Вот ведь, слышала всего несколько раз, а уже заразилась...» начинается самый жаркий спор из всех тех, что мне приходилось переживать, и в сравнение с ним не идут даже стычки с упрямым и вечно правым Барри, или с точно таким же отцом. «Дворецкий Уэйна способен переплюнуть многих, но меня ему не переупрямить, если он не вызовет кавалерию.» Должно быть наши громкие голоса разбудили хозяина дома и спустя десять минут разговора с Альфредом, я, глядя через его плечо, заметила как по лестнице со второго этажа спускается заспанный «непризнанный герой» города, что днем изображает повесу. – А давайте спросим у самого мистера Уэйна, можно ли мне войти и обсудить с ним одно важно дело, я ведь еще задолжала ему вежливую и искреннюю благодарность, за спасенную жизнь... Ведь не всем девушкам так везет... – И вот эти слова уже были сказаны не тому человеку, что преграждал мне дорогу в холл, а мужчине, который уже практически приблизился к нам и отлично мог меня расслышать. «Интересно, ты отреагируешь так, как я ожидаю? Или может быть удивишь меня?» А Брюс Уэйн мог удивлять, причем получалось у него это отлично, ведь мало у кого получится с таким талантом изображать того, кем он не является совершенно. – Вот только каждого из нас всегда выдает лишь одно... ведь так? – Тихий шепот, который предназначался лишь пустоте и правда никто не расслышал, да и прервался он так как Уэйн наконец-то находился в непосредственной близости, буквально за спиной своего дворецкого.

+1

3

С тех пор, как Брюс Уэйн вернулся в родной Готэм-Сити почти через 10 лет отсутствия, прошло чуть больше месяца. Почти все это время он занимался тем, что «очищал» город от преступности, которая проникла во все уголки этого места, точно раковые клетки в медленно умирающем, агонизирующем организме. Здесь было не принято выходить на улицу ночью даже в магазин, ибо риск не вернуться обратно был довольно высок. Органы власти давно привыкли закрывать глаза на все, что происходит вокруг, слишком вкусно кормила их преступная длань. И все это проходило под контролем двух опухолей, которые если и не являлись источником всего зла, то явно это зло подпитывали. Их звали Фальконе и Мароне- две самых влиятельных криминальных семьи города, находящихся в состоянии непрерывной войны друг с другом. Брюс помнил, как однажды повстречался с Фальконе лично. Это было 20 лет назад, на похоронах его родителей. «Твой папа оказал мне услугу. Если тебе когда-либо понадобится моя помощь…» - многозначительно сказал он тогда восьмилетнему мальчику, чувствующему себе одиноко даже среди «сочувствующей» толпы. Но даже тогда, поглядев в глаза Кармену Фалькону, Брюс знал, что это - само зло. Был ли он испуган тогда? Был ли смущен? Нет, все, что мог испытывать Брюс - это ощущение бессилия. Понимание того, что он не может противостоять таким, как Фальконе, Марони, или тем, кто убивает людей в переулках. Уэйн очень хорошо запомнил это ощущение, его горький вкус на губах, и в дальнейшем делал все, чтобы никогда больше не оказаться беспомощным перед лицом зла.  Именно за этим он покинул Готэм- чтобы получить необходимые знания, навыки. Он понимал, что никто в Готэме не должен был заметить в нем перемен. Слишком много было бы вопросов к нему. И вот теперь, он вернулся. И он был готов.
Правда, бороться с преступностью на практике оказалось не так просто, как он считал раньше. В большинстве случаев с преступностью не было никаких проблем: они настолько паниковали, когда из тьмы возникало двухметровое человекоподобное нечто, которое умеет летать, что Брюсу не столько приходилось драться, сколько ловить и «вырубать». Конечно, сражаться тоже приходилось нередко. В него стреляли из всевозможного оружия, пытались зарезать ножом, и нередко Брюс возвращался в свою пещеру с порезами разной степени серьезности. На второй неделе, когда он впервые убегал от преследующих его патрульных, его подстрелили, и он чудом доехал домой. Впрочем, реакция копов не была чем-то удивительным. Брюс знал, что Марони обещал премию тому, кто поймает и убьет психа в маске, и естественно, подконтрольные его копы принялись за работу с двойным рвением, ведь это дело контролировал комиссар Лоэб - глава полиции Готэма, плотно сотрудничающий с Марони и его людьми. Но Уэйн знал, что не смотря ни на что, не все в Готэме были так безнадежны. Лейтенант Джеймс Гордон был, пожалуй, единственным честным полицейским этого города и, так же, как и Брюс, мечтал это изменить. Уэйн пару раз пересекался с ним во время своих ночных вылазок, но пока что так и не смог убедить опытного копа, что они на одной стороне. Другим человеком был Харви Дент - талантливый юрист, идущий к карьере окружного прокурора. Если он выиграет эту битву, то сможет изменить город так, как не может этого сделать Уэйн из своих теней.
В этот раз ночной мститель вернулся домой около 6 утра, после чего верный Альфред занялся глубоким порезом на руке Брюса, полученным в очередной схватке. Брюс знал, что старый дворецкий, ставший ему, по сути, вторым отцом, не слишком одобряет то, чем занимался молодой Уэйн, но знал, что если его хозяин вбил что-то себе в голову, переубедить его практически невозможно. После того, как его руку обработали, миллиардер решил немного вздремнуть, потому что днем он должен был играть в гольф с одним из богачей города, которому Брюс планировал ненавязчиво растолковать о плюсах благотворительности. Но поспать ему было не суждено. Чуткий сон Брюса потревожил сначала дверной колокольчик, а потом о чем-то спорящие голоса Альфреда и какой-то девушки, которые становились громче, а их спор ожесточеннее. По-видимому, кто-то опять проник на территорию поместья, чтобы взять очередное интервью, или в надежде познакомится, или сделать сэлфи на фоне особняка, или ещё что. С тех пор, как он вернулся, поместье Уэйнов превратилось в крепость, осаждаемую журналистами всех мастей, или же излишне любопытными жителями. Впрочем, этот голос Брюс узнал. Его память была устроена таким образом, что он не мог забыть ничего даже при всем желании. А уж юную студентку, которая узнала слишком много о криминальном мире Готэма, и которую он спас пару дней назад, он помнил очень хорошо, и даже навел кое-какие справки. Так, ради осторожности.  Но что ей понадобилось здесь?
Напускать на себя сонный вид не пришлось, так как спать и правду хотелось, Брюс начал спускаться вниз. - Кто это, Альфред? – нарочито небрежно спросил он. - Что она хочет? Он спустился вниз и уже приближаясь к двери, и незаметно пряча левую, порезанную руку, услышал слова про «благодарность за спасение». На лице миллиардера не дрогнул ни один мускул, но взгляд его на долю секунду изменился.  Пропало высокомерное выражение во взгляде, вместо этого он стал совершенно холодным, колючим, изучающим. Но лишь на долю секунды, не больше. -  Я бы с большим удовольствием спас такую девушку, как вы, но, боюсь не понимаю, о чем речь. – Брюс вопросительно посмотрел на нее – если это такой способ познакомится и взять очередное интервью, то он довольно занятный.  И зачем вы пришли так рано?  Сами не спите, таких других бы пожалели. Впрочем… раз уж я все равно уже не сплю, то… почему бы и нет? Проходите, раз так сложилось - с тяжелым вз

0

4

Через плечо Альфреда открывается удивительное зрелище, правда, спустя несколько секунд приходится все же чуть отклониться, так как высоким ростом меня природа не наделила, в отличие от любопытства, упрямства и явной любви докапываться до таких вещей, о которых лучше вообще никому не знать. И потому, для того, чтобы разглядеть приблизившегося вплотную миллиардера, мне и приходится прибегать к подобному маневру, ведь не прыгать же перед носом у дворецкого, который и без того уже посчитал меня двинутой на всю головушку. «Но это не так, совсем не так… я просто очень умная, любознательная и внимательная… и вообще, вот сама себя не похвалишь, и никто!» А выглядел мистер Уэйн вполне себе неплохо, особенно для того, кто большую часть ночи провел на улицах города полного такого кошмара, что большинству городов Америки не снилось даже в самых страшных кошмаров, а вечер до этого в обществе очень милой блондинки, которая явно была не против остаться и на ночь, но видимо не сложилось. «Надо будет спросить, куда деваются его подружки на ночь, когда ему срочно приходится покинуть родной дом, дабы начать свои мрачные бдения… Ведь правда любопытно, он что их спаивает до беспамятства и оставляет в своей спальне до утра, а потом типа такой «Ага, было дело, переспали мы с тобой, а теперь вали домой, детка» и Альфред «Вас проводить к выходу, мисс?» … Это не может быть правдой!» Почти вовремя выплыла из своих странных, даже для себя, мыслей, чтобы с завидным запозданием ответить на вопрос, заданный самым известным в Готэме гулякой. – Айрис Уэст, студентка Университета Готэм-Сити, факультет журналистики. – Если прислушаться, в голосе можно было бы даже услышать гордость, что в общем и целом было весьма непривычно, ведь в обычной ситуации я всегда мечусь между журналистикой и психологией, периодически забывая про лекции одного факультета, ради другого. «Не так уж и легко изучать две профильных специальности… Да блин, повеситься можно!!!» - И она хочет… поговорить… допустим, для начала. – Легкая улыбка на моем лице, вряд ли скрыла бы заинтересованность, а протянутая в приветственном жесте рука и вовсе слишком ярко ее показывала, ведь для типично мужского «здрасте», я протянула Уэйну правую руку. «Хотя что это я… ведь самое интересное ты мне уже показал…»
Глаза… как часто про них говорят, что это зеркало души. В них отражается все, все наши чувства, эмоции и переживания, даже когда мы пытаемся их скрыть… особенно в такие моменты. И если почувствовав душевную боль, испытывая ревность или сильную печаль, мы еще можем «держать лицо», то вот взгляд выдаст все сполна. Не дай Бог, еще пережить какой-то стресс одновременно с этими тщетными попытками, тогда вообще пиши пропало, потому что собеседник узнает о вас все просто заглянув в глаза. Но, и это огромный плюс, правильно посмотреть и заметить изменения во взгляде могут очень немногие. В девяноста девяти процентах случаев это и правда только на пользу, ведь мало кому хочется, чтобы кто-то дорогой и важный узнал об истинных чувствах, особенно тогда, когда испытывающий их свято верит в не взаимность или недостаточно уверен в их степени и силе. Вроде бы сидеть и радоваться, особенно если сам относишься к тем, кто умеет замечать истину под маской, но всегда находится лодка дегтя и в этой бочке меда: человек умеющий прятать себя даже во взгляде. И вот таким, к моему большому сожалению оказался Брюс. «Сожаление было сперва, точнее сначала он дико взбесил.» Да и как может не разочаровать и не вызвать отвращение человек, который используя свои деньги просто покупает все и всех вокруг, а тем, кто не продается, просто платит больше; человек, что меняет подружек едва ли каждую ночь, просто улыбаясь им и зная, что к нему в постель готова прыгнуть любая, ведь он сказочно богат, а большинство тех, с кем он общается мечтают захомутать богача, не задумываясь, что этому самому богачу они нужны только ради развлечения. Это мнение было весьма устойчиво к любым доводам, что приводила сокурсница и соседка по комнате, восхваляя альтруизм Уэйна с его многочисленными благотворительными фондами, аукционами, приемами и пожертвованиями, до одного очень любопытного момента, когда мне посчастливилось увидеть немного другого миллиардера.
- Я бы с большим удовольствием спас такую девушку, как вы, но, боюсь не понимаю, о чем речь.«Конечно, не понимаешь ты, ага… А я тогда невинная ромашка с обитаемого Марса!» - Если это такой способ познакомится и взять очередное интервью, то он довольно занятный. – После этих слов отчаянно захотелось как следует вмазать по его, к слову, так уж и быть весьма симпатичной мордашке. «Хотя безусловно, такой похвалы вы стали достойны лишь потому, что показали свое истинное лицо, Мистер Уэйн!» – Нет, вообще я была бы не особенно рада завести с вами хоть сколько-нибудь близкое знакомство, не окажи вы мне недавно серьезную услугу.«Ага, по спасению моей шкурки от несколько наемников местной мафии.» Ну вот тут просто невозможно было удержаться от смеха, но у меня получилось, ведь ситуация начала походить на полный абсурд. Девушка приходит поблагодарить спасителя и вместо этого на него еще и наезжает, с большим трудом избегая оскорблений. «Ну а что я поделаю, если его дневной образ мне совсем не по душе, хотя этим утром он выглядит ужасно потрепанным… Должно быть сегодняшняя ночка не только у меня выдалась тяжелой…» - И зачем вы пришли так рано? Сами не спите, таких других бы пожалели. Впрочем… раз уж я все равно уже не сплю, то… почему бы и нет? – Вы вот просто проявляете чудеса вежливости и такта, в отличие от меня, мистер Уэйн. – Без легкой усмешки все же не обошлось, но тут же выражение моего лица стало едва ли не более настороженным и изучающим, чем его несколькими минутами ранее. – А для столь раннего прихода у меня была вполне конкретная и даже совсем безопасная для вас цель.«Хотя о безопасности я бы поспорила… ну о своей так точно… мало ли что взбредет в голову «Ночному спасителю», если ему в лоб заявить о том, что в курсе тайны его личности. Кстати, хороший термин «тайна личности», надо запомнить, вдруг в будущем пригодится…» - Проходите, раз так сложилось… - «Ох, ну право слово, можно в голосе и вздохах чуть меньше обреченности? Я ж не казнить тебя пришла, а просто сказать спасибо и убедиться в своей правоте, причем именно в таком порядке.» Медленно прохожу в дом, старательно избегая взгляда Альфреда, который прожег бы меня насквозь, будь такое возможно, но благо люди такими возможностями не обладают, и следую за настоящим хозяином этого ужасно огромного дома. – И не страшно тут? Ведь можно же потеряться… Столько мрачных коридоров, а ведь дом обитаем… Бррр… - Бормочу себе под нос, шагая вперед и изучая широкую спину Уэйна, попутно бросая взгляд на картины, что весят вдоль одной из стен. – Ого, это ведь все подлинники, да?«Да знаю я, что ему не терпится узнать, чего я хочу от него и выпроводить, но пока мы находимся в радиусе действия Альфреда Пенниуорта, я ни словом об этом не обмолвлюсь, даром, что человек явно в курсе, ведь как-никак вырастил мальчика, после того, как его родителей убили. Интересно кто?» Впрочем, я быстренько успокоила свое любопытство, пообещав ему вскоре «большую косточку», дабы не вывести Брюса из себя до того, как появится возможность действительно вызвать его негодование, как минимум, а как максимум, желание немедленно мощным пинком выбросить меня из дома. Но вот показалась весьма приятная на вид и светлая комната, и большое кресло прямо передо мной. «Интересно, можно в него плюхнуться? Уж очень хочется… А, была ни была!» Не дожидаясь ни разрешения, ни указаний, почти с довольным видом приземляюсь в это чудесное кресло и озвучиваю первую пришедшую в голову мысль. – А на чердаке живут летучие мыши?«Дааа, ты гений Айрис… увидела камин, снова выстроила одной тебе понятную логическую цепочку и не поленилась озвучить ее результат… И как ты станешь хорошим репортером, если вообще не думаешь о том, что, как и когда говоришь?»

+1

5

Притворяться кем-то другим всегда не просто, особенно если ты презираешь человека, которого вынужден изображать. И тем не менее, Брюс был вынужден продолжать играть свою роль почти с тех самых пор, как он вернулся  в Готэм после долгих лет отсутствия. Уже тогда он знал, чем будет заниматься, и потому ему требовалось правдоподобное прикрытие. Уж слишком легко было бы проследить связь между  ночным  виджиланте, наводящим ужас на преступный мир по ночам и молодым наследником многомиллиардной империи, о трагической гибелей родителей которого  в свое время говорил не только Готэм, но и весь мир. Каковы шансы, что такой человек захочет мести?  Рано или поздно, его секрет неминуемо раскрыл бы какой-нибудь особенно смышленный журналист или даже коп, что намного хуже, поскольку все копы этого города были куплены либо Фальконе, либо Марони, а те, кто не мог добраться до кормушки страстно желали туда попасть.  Идею  с публичной личностью подал Альфред, и в этом не было ничего странного, ведь это сейчас Пенниуорт работал дворецким, но  молодость у него была более чем яркая: он успел побывать и солдатом, агентом МИ-6, и  даже актером. Так что этот пожилой человек кое-что смыслил в маскировке. Казалось бы, идея слишком проста, однако сработала она на отлично. В самом деле, Готэм совершенно не обратил внимание на ещё одного богатенького  наследника с увлечением прожигающего собственную жизнь,  который в перерывах между тусовками и жаркими ночами с моделями увлекался благотворительностью, чтобы не прослыть совсем уж бессердечным мерзавцем. Как выяснилось, не все в городе были настолько слепы или глупы, и уже во второй раз его прикрытие грозилось  рассыпаться, как карточный домик.  В первый раз к нему пришел ни кто-нибудь, а сам Джим Гордон. Это было чуть ли не сразу после начала ночных вылазок  начинающего Темного Рыцаря и, если честно,  появление грозного стража правопорядка  было весьма ожидаемым и   где-то вполне логично. И хотя  Гордон не был дураком,  у него не было ничего, кроме смутного описания  ночного мстителя и подозрений, в которые он, кажется, и сам не слишком-то верил.   Тогда Брюсу крупно повезло.    Куда более неожиданно было увидеть на пороге Айрис Уэст, с ее неуемным  любопытством  и привычкой совать свой нос везде, где этот самый нос, а вместе с ним и остальные части тела, ждут нехилые неприятности. От которых он ее совсем недавно спас.  Он не привык к благодарностям со стороны спасенных им людей, обычно при виде него они или орут ещё больше, чем когда их грабят или убивают, а в лучшем случае просто хлопают глазами. Но это ладно, ведь Брюс не ради благодарностей этим занимается,  да и людей тоже понять можно. А вот чего я  понять не могу,  так это  то,  как много знает Айрис Уэст. Есть ли у нее лишь догадки, или она каким-то образом узнала, кто я?  Придется пойти на контакт.  Нужно узнать, какой именно информацией она располагает. При этом Брюс решил сделать все, чтобы  в процессе сбить мисс Уэст со следа, вот только играть  роль сейчас было не так уж просто- журналистка выбрала не слишком удачное время для визита, и  миллиардер все ещё хотел спать.
Оу..- Брюс притворился, будто  грубоватый ответ Айрис и правда болезненно задел его самомнение – ну что ж… полагаю, я не могу нравится всем людям на земле, мисс Уэст. Если только вы не изображаете недотрогу, но это мне даже нравится. – сказал он, пропуская журналистку внутрь – безопасная цель? Неужели я встретил единственного журналиста, который не будет копаться в  чужом «нижнем белье»?
- Смею напомнить, мастер Брюс, что впереди вас ждет  встреча с мистером Беллфродом, и я надеюсь наша гостья не отнимет у вас слишком много времени – Альфред, как  и всегда, был воплощением идеальной вежливости, но его взгляд, сконцентрированный  на Айрис отнюдь не излучал гостеприимства.
- не переживай, Альфред.  Лучше сделай мне и мисс Уэст по чашке кофе. Мы будем в моем кабинете.
Сказал он, после чего вновь перевел взгляд на Айрис
- обычно  я далеко не так тактичен в 7 утра, но вы меня  заинтриговали. Такому подходу учат нынче  будущих журналистов Готэма? -   Уэйн старался  удержать натянутую на лицо «маску» плейбоя, но постепенно его тон начал меняться от беззаботно-наглого  к явно мрачноватому. Будь его воля, он бы с удовольствием проделал весь путь до кабинета в гордом молчании, наплевав на вежливость  не обращая никакого внимание на вопросы Айрис, но это было бы не похоже на того Брюса Уэйна, к которому все привыкли.
- признаюсь, в детстве и меня пугали эти корридоры. Но к дому быстро привыкаешь, особенно если знать его историю.  Мои предки заботились об этом особняке со дня его основания,  следили, приносили в него свои новшества, но  при этом  каждый раз они стремились сохранить оригинальный дизайн дома, таким, каким он и был  задуман.  И я, несомненно, продолжу эту традицию.   И да, это все подлинники – он кивнул в сторону картин - моя мать умела ценить прекрасное и большинство из этих картин приобрела она. Кроме  тех двух, что в конце-
в этот момент Брюс почувствовал себя особенно глупо,  как будто бы он работает экскурсоводом  по собственному дому
- А что насчет вас, Айрис? Вы ведь не отсюда, не так ли?  Готэмца довольно легко отличить от жителя любого другого города, у многих из нас на лице все время присутствует печать некоей… обреченности, что ли. У  вас ее нет. Так откуда же вы, и что подтолкнуло вас изучать журналистику именно в Готэме? У города много секретов, но он не любит, когда кто-то пытается их раскрыть. -  вопрос был задан с искусно подделанным интересом, хотя на самом деле Уэйн давно уже навел справки. Поэтому в его взгляде читалась не заинтересованность, а некоторое высокомерие.
Но она права. Иногда дом и правда может казаться жутковатым. Помню, каким он мне казался после смерти родителей.   Брюс  очень хорошо помнил первые два месяцев после  похорон  Томаса и Марты Уэйн.  Особняк, ранее казавшийся таким уютным, в стенах которого Брюс всегда чувствовал себя в безопасности, казался ему тогда совсем другим.   Длинные коридоры, с множеством комнат и переходов погруженные в ночную тьму, восьмилетнему мальчику они казались особенно зловещими. Но больше всего его пугали портреты  ныне почивших членов семьи, словно наблюдавших за них из своих рамок. И теперь в доме на две  такие картины стало больше. Раньше  отец часто проводил экскурс в историю семьи для маленького Брюса, останавливаясь перед картиной того или иного Уэйна и рассказывая все про  того, кто был на ней изображен. Но после смерти  отца, каждый раз, когда Брюс проходил мимо этой галереи памяти, он словно слышал прерывистый загробный шепот множества голосов. Мы придем за тобой, малыш Брюс, ты только подожди… однажды ночью, когда ты снова не будешь, ты услышишь наши шаги, Брюс. Мы придем за тобой, и твое изображение пополнит наши ряды….
Как только они дошли до кабинета, Айрис не дожидаясь разрешения хозяина или даже предложения присесть, с наглым видом уселась в кресло Брюса, он  даже немного растерялся. Такой наглости себе не позволяла ни одна журналистка. Впрочем, возможно это было потому, что чаще они бывали в его спальне, чем в кабинете.  В миллиардере не знал, какие чувства у него вызывает  эта особа. Он никогда особо не любил беспардонных людей, но Айрис вызывала в нем любопытство хотя бы своим неожиданным заявлением. Кроме того, она может стать одной из немногих честных журналистов в Готэме. Если, конечно, она решит остаться здесь после обучения и  вообще доживет до своего выпуска.  И пока Брюс боролся с желанием заявить, что это его кресло и согнать наглую гостью, она  вновь шокировала его своим  заявлением. Летучие мыши? Это непосредственность или намек?  В какую же игру вы играете, мисс Уэст?
При этом, точно так же как и в прошлый раз,  на долю секунды  глаза Уэйна  стали холодными и не слишком дружелюбными.
- Летучие  мыши? – переспросил он, восстановив самообладание – нет, конечно,  Альфред очень тщательно следит за чистотой в доме, и никакой лишней живности у нас появиться не может.  Надеюсь, я ответил на ваш вопрос, потому что теперь моя спросить: какую же услугу я вам оказал?  Интересно  послушать о себе что-нибудь хорошее, пусть даже я этого и не делал.

+2

6

Самым странным в жизни Айрис было то, что происходило в данный момент, никогда ранее девушке не приходилось сидеть в мягком и удобном кресле, бросая мимолетные взгляды на часы, и вглядываться в лицо миллиардера, которого она считала человеком, что по ночам носится по городу в костюме, до странности напоминающем летучую мышь. Но именно этим она сейчас и занималась, с молчаливым спокойствием изучая каждую черточку, каждый мускул на лице Брюса Уэйна и, особенно, его взгляд. Вот он становится чуть холоднее и даже немного колючим, каждый раз, когда мужчина смотрит на Айрис, сидящую в кресле. «Нет, не на меня, на кресло. О, мистер Уэйн, неужели я и правда заняла ваше место? Может быть, мне встать и извиниться? Или же продолжить восседать в вашем креслице?»Понять истинную принадлежность этого предмета мебели было совершенно не сложно и без тщательно скрываемых недовольных взглядов. Оно стояло в тактически верном положении, если опуститься в него, то беспрепятственно можно было наблюдать как за дверью, так и улавливать передвижения, например, за окном; было достаточно легким и без особых усилий двигалось в любую сторону. Но даже это было не самыми главными признаками того, что уютное креслице было личной собственностью Уэйна. «Оно почти полностью выбивается из общего декора кабинета, который оформлялся явно очень давно и это давно исчисляется годами. И только кресло новее, функциональней, удобней… и на три тона светлее основной цветовой гаммы, а значит, выбирали его лично вы, мистер Уэйн, ибо ваш дворецкий точно не позволил бы изуродовать интерьер кабинета Вашего отца какому-то некомпетентному дизайнеру.» - Вы правы, я не отсюда и приехала в ваш мрачный город ради того, чтобы получить образование. Когда я выбирала учебное заведение, было всего два варианта: Готэм и Метрополис, но город Дэйли Плэнет не очень подходит для того профиля, на котором я остановила свой выбор, да и находится слишком далеко. И я на своей шкурке уже успела проверить насколько ваш, приятный во всех отношениях, городок не любит людей, что копаются в его тайнах, а ведь я даже еще не успела побывать на Аллее преступлений. - Девушка вполне осознанно не стала отвечать на вопросы богача, пока они шли по коридорам поместья, предпочитая насладиться тем, что она видела, да и потянуть время было забавно и весьма познавательно. И сейчас первое, что хотелось сказать ему: «Тебе ведь совершенно не интересно слушать мои ответы, а спрашивал ты лишь за тем, чтобы не молчать, идя по жуткому коридору, наполненному памятью. Ты точно знаешь, кто я такая и откуда приехала. Ведь это именно ты спас меня от тех молодцев, что жаждали крови студентки-журналистки, на свою беду полезшей не в те разборки. И если все, что я слышала о тебе правда, то ты разве что размер моего белья не выяснил.» На мгновение, задумавшись об этом, Айрис чуть слышно рассмеялась, уж больно ярким получился образ, но спустя секунду уже взяла себя в руки и успокоилась, вновь полностью сосредотачивая свое внимание на миллиардере. – Хмм, не водятся? Странно, я бы была совершенно не удивлена, если бы на этом чердаке жили эти ночные зверьки, уж очень они похожи на вас. Жаль, что мистер Пенниуорт их выгоняет. – Если бы сознание Уэст было журналистским блокнотом, она сделала бы там очередную пометку о поведении собеседника, а так приходилось лишь запоминать и делать новые выводы, ну и заодно, не тянуть с ответом. «На этот раз…» - Заявлять о том, что вы этого не делали, слишком опрометчиво для того, кто спас жизнь девушке, возвращающейся из городского архива в квартиру, что она делила с подругой. Только во время нашей прошлой встречи, вы были в костюме и очень ловко раскидали шестерых бандитов, которые мечтали сделать так, чтобы домой я не попала. Именно за это спасение я и хотела вас отблагодарить. – Теперь, когда оставалось просто ждать его реакции, конечно же, отрицающей каждое ее слово, Айрис мысленно упорядочивала все сделанные наблюдения, добавляя их к уже сложившемуся образу, который планомерно и окончательно разбивал в мельчайшую крошку, втаптывая в пыль, тот, что Брюс Уэйн создавал для публики, и снова задавалась вопросом, насколько же слепы и глупы очень многие люди. Брюнетка замерла, подобно стрелкам на часах, что снова и снова приковывали ее внимание, она не шевелилась и почти не дышала, а любопытство, за которое уже несколько сотен, раз хотелось провалиться под землю или еще чего похуже с собой сделать, бодренько шествовало вперед, дабы занять место у руля ее сознания. – А почему этих часах без пятнадцати полночь?«Сначала думай, потом говори, думай и только потом говори. Думай!» Очередная красивая и совершенно бесполезная мантра появилась у Айрис в голове, веником загоняя любопытство куда-то в угол, откуда оно, притаившись, ожидало ответа на свой вопрос, как и возможности снова проявить инициативу.

+1

7

Постепенно, напряженное отношение к наглой студентке, что так бесцеремонно пришла в его дом, сменилось интересом, и даже спортивным азартом. Сейчас Брюс хотел не просто поскорее выпроводить ее из дома,  но и окончательно сбить ее со следа, лишив даже малейших подозрений, что всемирно известный повеса и балагур, никогда не появляющийся на публике без очередной красотки, может скакать по ночному городу в костюме летучей мыши. Поначалу казалось, что сделать это будет довольно просто, ведь у девушки не было на него ничего, кроме смутных подозрений. К тому же, в постели Уэйна успело побывать немало журналисток, и он считал, что неплохо знает психологию таких людей. Но Айрис Уэст обладала если не бульдожьей хваткой, то нюхом ищейки точно.  Ну, или бараньим упрямством, тут уж  как посмотреть.  Одним словом- дочь копа,  Джо Уэст мог бы гордиться своей дочуркой ,если бы увидел ее в этот момент. Теперь я и сам ее так просто не отпущу ,пока не буду уверен, что она окончательно сбилась со следа. Или если не пойму, где именно я облажался в ту ночь, что дало ей зацепку?  Может, даже получится узнать что именно у нее есть на Фальконе…
- Что скажете?  Брюс решил немного отвлечь гостью от очередных подозрений, а заодно  забрать у Айрис возможность задавать нить разговора,-  я про кресло. Вижу, оно вам  пришлось весьма по вкусу.  А вот Альфреду оно, к сожалению, не по душе, он слишком блюдет память о моей семьи, видимо даже больше чем я, и не одобряет дизайнерские решения, которые хоть как-то выбиваются из общего стиля. Впрочем,  я приобрел кресло скорее из необходимости- во время  одного из моих приема, гостья пробралась в мой кабинет, ей стало нехорошо, и…ну, кресло пришлось менять – как можно беззаботнее сказал он.
Уже лучше, Брюс, продолжай играть свою роль и возможно она все же потеряет к тебе интерес.
Прежде, чем  кто-либо успел сказать что-то ещё, дверь кабинета открылась, и на пороге появился Альфред с подносом, на котором стояли две чашки  и термос с кофе
- Раз уж  вы все равно не намерены больше спать, мастер Брюс- сказал он, смерив Айрис неодобрительным взглядом,- я подумал, что дополнительные запасы кофе вам не помешают. Вы же не хотите заснуть  во время встречи? И да, мисс Уэст, скажите как соберетесь уходить, я  с удовольствием провожу.
- Спасибо, Альфред- сказал миллиардер в след дворецкому, бросившему на хозяина предупреждающий взгляд.
- значит, вы хотите стать криминальным корреспондентом? Полагаю, именно на этот профиль вы и намекаете, не так ли? Что ж, уж чего, а криминала у нас в городе предостаточно. Но знаете, что я вам скажу как человек, который прожил тут всю жизнь? Готэм- это не только мрак, кровь и преступность, как может показаться на первый взгляд, особенно человеку непривычному к местному колориту. Если только вы дадите ему шанс, присмотритесь внимательнее ,то вы поймете, что это ещё и очень красивый, старый город. Здесь, в Готэме, мы умеем хранить свою историю, так же как извлекать из нее уроки.

Слова хозяина поместья прозвучали проникновенно и вполне искренне, ведь и правда так думал.  Родители Брюса в свое время одними из первых поняли, во что может превратиться город, и посвятили свою жизнь борьбе с нищетой и социальным неравенством, в то время как многие богачи продолжали жить беспечной жизнью, в своем замкнутом, давно отрезанном от реальности кругу. Со временем, дошло и до них, но лишь тогда, когда уже слишком поздно было что-то менять.  Томас и Марта Уэйн прожили слишком мало, чтобы спасти город, а платой за всех их старания стала пара выстрелов в глухой подворотне.  Когда Брюс говорил о выученных уроках, он не кривил душой, ведь он и правда извлек урок даже из такой трагедии. Он на всю жизнь понял, что преступность не победить одной лишь благотворительностью и и социальными проектами, как нельзя избавиться от опухоли, натирая ее мазями и обращаясь к колдунам-шарлатанам. Нет, чтобы избавиться от нее, надо не побояться замарать руки, вступить в ней в тактильный контакт и вырезать. Так же из преступностью. С ней невозможно  бороться из роскошных особняков и высоких кабинетов. Ты должен спуститься  вниз,  туда, где кровь, грязь и пот.  Это был последний, прощальный урок для малыша Брюса.
- Я? Похож на летучую мышь? – улыбнулся Брюс,- признаться, с этим животным меня ещё не сравнивали. И чем же я на них похож? Ну, если только ночным образом жизни, но тогда термин «Сова» звучит как-то привычнее, вы не находите? А выгоняет их Альфред не просто так, по его словам грязи от них достаточно, да и я сам их не очень люблю с детства. Даже не знаю, как бы я и сейчас отреагировал, наткнись  я хоть на одну.
Надеюсь, мы не будем постоянно обсуждать летучих мышей. Хоть Айрис  довольно симпатична, но ее зацикленость утомляет
- Если бы я попытался защитить вас от шести нападающих, то боюсь, пострадали бы мы оба.  Мне в какой-то степени лестно, что вы посчитали этим… человеком в маске именно меня, при всей вашей ко мне неприязни, но поверьте, я в последний раз дрался-то классе в 8 –уже без тени улыбки и несколько устало сказал он -  Мне тоже интересно, кто этот человек и зачем он делает то, что делает.  Но если он раскидал шестерых, наверняка вооружённых людей, то вам следует искать человека с определенным уровнем подготовки. Возможно, военного или копа, но никак не местного богатея. Может, я бы даже помог вам составить список подозреваемых.  И, если не секрет, что за люди на вас напали?  Что вы такого нашли в городском архиве?

Когда Айрис задала вопрос про часы, на какой-то момент внутри Брюс растерялся, пусть и сохранив внешнее спокойствие. При этом маска  Брюса Уэйна вновь грозила дать  трещину. Ведь каждый раз,  для того чтобы открыть вход в пещеру, Брюс выставлял на часах время смерти своих родителей- 10:47, к счастью, с позиции Айрис было легко перепутать цифры, и потому она не могла провести параллель. Пока что.
ти часы довольно старые, ещё мой дед приобрел их,  поэтому  иногда, в последнее время все чаще, они замирают в разное время. Придется сказать Альфреду, что их снова нужно наладить.

0


Вы здесь » yellowcross » NEVERLAND ~ архив отыгрышей » The Final Masquerade


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC